Сarmel Magazine: культура и искусство без границы

Наша Анна немного не в себе. Лев Толстой на израильской сцене

Покинувший Москву и Вахтанговский театр прославленный литовский режиссер Римас Туминас приехал в Израиль, чтобы поставить  “Анну Каренину” в театре Гешер. Главный редактор Carmel Magazine Ольга Черномыс рассказывает о своих впечатлениях от этой постановки. “Анна Каренина” в постановке Туминаса.

 

“Анна Каренина” в постановке Туминаса

 

 

Эфрат Бен-Цур в роли Анны Карениной. Фото: Александр Ханин


Анна и Толстой

Одни обожают Льва Толстого за масштаб идей или точность наблюдений. Других раздражает назидательность, временами назойливая. Но все спорящие признают – толстовский текст представляют собой совершенство. Есть немало людей во всем мире, которые изучают русский специально для того, чтобы читать Толстого в подлиннике. “Анна Каренина”, возможно, самое  блестящее произведение мировой литературы. Во мировых списках лучших литературных произведений, когда либо написанных, этот роман либо стоит на первом месте, либо, как минимум, входит в первую пятерку, вместе с “Мадам Бовари”, “Гамлетом”. “Великим Гэтсби”, рассказами Чехова и толстовским же “Войной и миром”. 

Почему? Ведь “Анна Каренина” создана буквально из ничего. Обычная жизнь, обычные разговоры, обычный адюльтер. Ни преступлений, ни сражений, ни превращений и прочих чудес. И тем не менее, роман захватывает не хуже приключенческого сериала. Он многоплановый, он симфонический. Он полон параллельных и пересекающихся линий, незначительных будто бы деталей. Они врезаются в сознание и оживляют картину. 

С точки зрения мастерства – это фантастическое предчувствие модернизма.  Литературовед Борис Эйхенбаум писал, что без этого романа не было бы ни Пруста, ни Фолкнера, ни Набокова, ни Вирджинии Вульф. Толстой нарушает все существующие на тот момент правила. Он перемещает читателя в сознание разных героев (и даже собак). Позволяет себе выходить за пределы истории. Пишет длинные отступления на разные темы. Но все, и даже скука этих “лишних” описаний (сельскохозяйственных работ или скачек) намеренна. Она меняет ритм почти до дзен-буддистских зависаний во времени. 

В конце романа мы попадаем в поток сознания Анны, которая смотрит на все проплывающий мир сквозь оптику своего состояния. Это вообще похоже на кино, причем на то, что будут снимать через 100 лет. Толстой делал все это не потому, что не умел иначе. Он сознательно экспериментировал с формой ради главной цели – раскрыть внутренний мир персонажей. И у него получилось. Хотя герои романа русские аристократы второй половины XIX века, миллионы людей из разных стран и эпох находят свое отражение в них. Ведь вопросы, которые решают герои, не уходят никуда. Почему женщина изменяет? Как угасает любовь? Что важнее долг или страсть? Общество или личность? 

Конечно, перенести такую сложную и совершенную конструкцию в принципиально другой жанр задача неисполнимая. Поэтому все, кто когда-либо пытался снимать фильмы и ставить спектакли на сцене, выбирали нечто самое для себя важное и сосредотачивались на нем. Кстати, «Анна Каренина» самый экранизируемый в мире роман. Больше 30 экранизаций.
Анну играли:

Вронского играли:

Собственно, авторская интерпретация и есть самое интересное. Ну, правда, не надеемся же мы, что история могла закончиться иначе?

Анна и Туминас

Римас Туминас приехал в Израиль в разгар войны России с Украиной, чтобы поставить на сцене Гешера великий роман Толстого. Это сочетание обстоятельств немаловажное, если не сказать, самое важное.

Когда я брала у Туминаса интервью, он признался, что вряд ли когда-то у него соберется такая труппа, как в Вахтанговском театре в Москве. Он целых 12 лет создавал, выращивал, обучал, искал новые формы. Незадолго до войны Туминас поставил в Вахтанговском спектакль “Войну и мир”, от которого сходила с ума вся театральная Москва и который стал мощным  эпиграфом к последующим событиям.  

В итоге Гешер заполучил знаменитого режиссера. И премьеру спектакля “Анна Каренина”  в постановке Туминаса ждали не только в Израиле. Я точно знаю, что на спектакль специально прилетели зрители из других стран. К тому же на заглавную роль была утверждена примадонна Гешера – Эфрат Бен-Цур. В прошлом сезоне она триумфально сыграла Аркадину в великолепной постановке чеховской “Чайки”.

 

Гиль Франк и Эфрат Бен-Цур в спектакле “Анна Каренина”, театр Гешер.
Фото: Александр Ханин

 

«Анна Каренина» в постановке Туминаса


Это полотно Туминас сделал черно-белым. Никаких исключений, разве что серый фон, да кроваво-красная капля в виде бархатного кресла. За перемещениями этих цветов можно наблюдать отдельно. С потолка свисает огромная люстра, она то гаснет, то вспыхивает, и герои забавляются ее непредсказуемостью. 
Сюжет романа выдержан и разыгран всего в нескольких сценах, самых важных с точки зрения Туминаса. Каждая придумана мастерски. Например, с молодожёнами Левиным и Китти, когда она усаживает его на уютненький ковер и деловито расставляет вокруг него горшки с цветами. Сцена с варкой варенья, и скачки, и театр. За всем этим чувствуется мастер, умеющий  придумать, выстроить, задать нужный ритм.

Но с каждой минутой на блестящей поверхности этого красивого и чертовски изобретательного спектакля начинают проступать трещины. И чем дальше действие, тем эти трещины становятся глубже.

Анна и остальные

Сцена из спектакля “Анна Каренина”

Разлом начинается с самой Анны. Роль Карениной для любой актрисы подарок, но в этом спектакле у Эфрат Бен-Цур просто-таки бенефис. Она хороша и в черном платье с открытыми плечами, и в белой летящей рубашке. Она притягивает к себе взгляды и знает об этом. Ее Анна нервная и  яркая. Очень нервная. И очень яркая. А еще слишком громкая и слишком резкая. Она вся – too much, причем, с самого начала. Это сбивает с толку, ведь речь идет о женщине высшего сословия в России XIX века.  Главная трагедия ее состояла в невозможности выйти за пределы правил, в которых она все-таки была воспитана. Эта же Анна холодна с близкими, но при этом почти вульгарно флиртует и необъяснимо безумно танцует на балу.

Каренин в исполнении выдающегося израильского артиста Гиля Франка выглядит вполне логично по отношению к этой Анне, но совершенно нелогично ко всем остальным. И особенно по отношению к Каренину, придуманному Толстым человеком добрым и упорядоченном. Совсем недавно я видела Франка в роли Отелло в театре Маленький, где он фантастически играет пробуждение ревности и злобы. Глядя на его вскипающего изнутри и сверкающем глазами Каренина, казалось, что передо мной снова Отелло. Ну, разве что прошедший терапию по выстраиванию личных границ.

 

 «Анна Каренина» в постановке Туминаса

 

Гиль Франк (Каренин) и Ави Азулай (Вронский)

Разлом проходит и между героями. Понятные и живые Долли (Карин Серуя) и Левин (Мики Леон) будто попали из другой пьесы, они узнаваемые, в них нет ни грамма абстрактности и схемы. Да, решение сделать Левина вот таким: легко размякшим и променявшим собственные идеи на ковер и тапочки  –  вполне имеет право на жизнь. Тем более, что его Китти (Нета Рот) придумана совсем иначе, чем мы привыкли. Она здесь почти подросток, капризный и эгоистичный. Но быстро берет ситуацию в свои руки. Вполне себе  израильская симпатичная девчонка: отслужила в армии, пора замуж.  Непонятно только, могла ли она так страдать из-за Вронского?

Сам Вронский (Ави Азулай), конечно, красавец и хороший парень, но это, пожалуй все, что о нем можно сказать. Хотя нет, у него есть свои несколько минут славы. В хитро придуманной сцене скачек он останавливается и прекрасно читает довольно большой отрывок о гибели Фру-Фру. И магия толстовского текста (в переводе Рои Хена) материализуется в воздухе сама собой. В какой-то момент мне показалось, что Туминас просто издевается над всем этим  русским миром с его заморочками, и толстовским, и современным заодно. Но нет. Не сходится. 

Время и место

Многое не сходится в этом спектакле.  Много непонятного: как злополучная люстра, как будто переехавшая сюда из другого спектакля, из другой страны. Красивая музыка избыточна и временами подавляет. И пустота на сцене, и черно-белые цвета на сером фоне. А долгие паузы приводят к тому, что плавный, легкий, летящий роман превращается в  тяжелый надрыв с вкраплениями занятых сценок.

Но главная же трещина, на мой взгляд, лежит совершенно в другой плоскости. Эта “Анна” как будто вся – из старого времени, из довоенного. Она выстроена по лекалам московского модного  театра. Но те лекала рассыпались в прах, как и вся современная российская культура, расстрелянная собственными же ракетами. От Туминаса и от самого “русского” из всех израильских и самого израильского среди всех “русских” театров мы, зрители, ждали нового прочтения на новом языке, во всех смыслах этого слова. Именно здесь, в пахнущем порохом израильском воздухе. Именно сейчас, когда перед нами всеми вырастает вопрос: что не так со всем этим русским? 

А ведь роман заканчивается гениально. Как известно, Толстой долго думал над концовкой,  и отправил  восьмую главу издателю с большим опозданием. Действие в ней происходит после гибели Анны. Разбитый горем Вронский находит выход. На собственные средства он собирает добровольцев и отправляется с ними на Балканскую войну,  чтобы скорее всего погибнуть.  В этой главе описано то, как вся светская Москва с энтузиазмом устраивала балы и всяческие мероприятия на тему славянского мира. И разговоры о войне с турками, которую “никто не объявлял”. А простые “люди сочувствуют страданиям ближних и желают помочь им”. И рассуждения о том, кто идет на эту странную войну и по каким причинам. Встречаются фразы, которые будто взяты из сегодняшних российских газет:  “освобожденный сорокамиллионный мир славян должен вместе с Россией начать новую эпоху в истории”.

150 лет назад Лев Николаевич зачем-то решил семейную драму закончить войной. Почему, кажется, мы понимаем только сейчас. 

Я уверена, что  “Анна Каренина” останется в репертуаре надолго, будет трансформироваться и врастать в гешеровскую сцену корнями, и что новые зрители будут спорить о том, насколько прав или не прав режиссер.  Это и есть лучшее, что может происходить в театре. Ведь он хорош, когда живой и горячий, а не уныло-застывший в былой славе. Наш театр Гешер мы любим именно за это. 

Все фото со спектакля: Александр Ханин

 

Хотите составить собственное мнение? Посмотрите спектакль:

“Анна Каренина” , театр Гешер

*Мы подбираем для вас ссылки на бронирование отелей, авиабилетов и заказ билетов на мероприятия по выгодным ценам, поскольку отслеживаем скидки и спецпредложения.Когда вы переходите по ссылкам и покупаете, мы получаем комиссионные от наших партнеров. Это дает возможность Carmel Magazine  работать дальше и находить для вас интересные события по всему миру!

 


Читайте также на нашем сайте:

«Патриоты» в Лондоне: театральная драма о Борисе Березовском

«Анна Каренина» в театре Гешер: драма в эпоху Войны и Мира

Анатолий Белый в Израиле: История бегущего человека

 

 

 

Exit mobile version